Алексей АНТОНОВ

 

Точки Будды

(О первом сборнике современной прозы «Точки»)

 

Кто пробовал – знает. Рассказ написать труднее, чем повесть, а тем более роман. Роман – река, море, океан. Он с какого-то момента пишется уже сам собой, с разгону. А рассказ – танец, но в кандалах и путах. Кандалы же эти и эти путы – тесный объём, немногочисленность персонажей, нехватка времени, ограниченность пространства, неожиданный сюжет. Роман – продолжительное многоточие. Рассказ – резкая жирная звонкая точка. Роман-то (хоть один, хоть о своей нелёгкой незадавшейся судьбине) всякий всласть напишет, а вот напиши ты мне рассказ… Да, хороший рассказ – это хороший рассказ. И тем больше уважения к людям, занимающимся нынче этим гиблым некоммерческим делом. К точкам на белых листах великой и ужасной нашей литературы. В сегодняшней кассовой и массовой печатной продукции меня раздражает повышенный нездоровый интерес к бомжам и олигархам. А кто между? Кто те, кто народ? Кто сеет и пашет, куёт и варит сталь? Кто – чем сердце успокоится? А их как бы и нет. Но они, на счастье, есть в сборнике «Точки» выпускников и слушателей семинара Высших литературных курсов мастера А.В. Воронцова при Литинституте им. А.М. Горького.

Несколько слов об этом необычайном (даже в нашем видавшем виды институте) семинаре. Их, собственно, у Воронцова два – двух-годичный семинар прозы ВЛК и годичный – Курсов литературного мастерства. Причём многие выпускники ВЛК продолжают обучение на годичных курсах – повышают, так сказать, квалификацию. Сборник «Точки» имеет ко многому обязывающий подзаголовок «Современный рассказ». Авторов – 17. Они, по собственному выражению, «точки». Точки типографской краски, как сказано в графическом стихотворении Д. Шостака: «А Будда на самом деле читатель». «Кто же писатель?» – задаётся в предисловии вопросом А. Воронцов. Бог? Или тот, кто поставил точку среди пустоты?

Слушатели ВЛК – взрослые люди с высшим образованием, а то и с учёной степенью. Но и – с необоримой страстью к писательству. Они не только владеют литературной техникой, но и обладают немалым жизненным опытом. Есть среди них врачи, геологи, учите ля, экономисты, инженеры всех мастей, актёры… И этот профессиональный и жизненный опыт, конечно, отражается в рассказах сборника, а в совокупности даёт панораму современной жизни во всём её разнообразии. Врач из Тувы Зоя Донгак, например, написала очень «медицинский» и очень человечный рассказ. Геолог Гюльнар Мыздрикова тоже пишет о своей работе. И делают они это, что называется, со знанием дела, достоверно и увлекательно. Каждый из авторов сборника обладает своим стилем и голосом, своими жанровыми пристрастиями. Почти все они ощущают современную жизнь как трагедию – во всей её жёсткости и с почти неизбежным фатальным исходом. Большинство отдаёт предпочтение реализму (во всех его оттенках), но есть и фантастика (Е. Осорина), и антиутопия (А. Спиридонова), и притча (Д. Шостак), и почти анекдот (Л. Комарова). Но и здесь ставятся и решаются проблемы нашего неспокойного времени. Вот – полярные точки. Нина Кромина. «Скворцы прилетели». Позабытая деревня. Дед и внучка. Мать уехала в город на заработки. И безвестно пропала. А тут весна. Скворцы прилетели. А скворечник не починен. И вот дед, уложив внучку, лезет на им же посаженную в детстве берёзу – чинить, подправлять. Помирать, как говорится, собрался, а рожь сей. И срывается старый. И падает на руины собственного комбайна. И железо в ребро, а душа в небо. И вся жизнь у души на виду. Но – внучка спит, поэтому умирать пока нельзя. И окровавленный дед ползёт в дом. Написано скупо, почти протокольно, без прикрас. Но сильно. А вот другой полюс. Екатерина Осорина. «Пятилистник сирени». Действие разворачивается когда-то в будущем, где-то в нашей и соседних галактиках. Брат и сестра разговаривают по скайпу. Но и брат, и сестра уже давно мертвы. А разговаривают их как бы клоны, которые существуют, чтобы жила их мать, которая живёт, пока они есть. Вот такая вот логическая ловушка. То есть всё ненастоящее. Но и настоящее, уже подступающее к нам. Однако если вдуматься, то при таком разнообразии материала все авторы пишут, в общем-то, об одном: о любви и одиночестве, о жизни и смерти, о смысле человеческого существования. И это не чтиво, дающее читателю готовые рецепты и расставляющее безапелляционные оценки. Это – серьёзная, часто суровая проза, занятая подчас мучительным поиском ответов на больные вопросы времени. Та проза, за которой, на мой взгляд, будущее нашей литературы.

 

«Литературная газета», 2013, 15.05